Позитивный хлам

Он распахнул глаза широко и сразу, проснувшись так, как просыпаются только дети - без головной боли, спокойно и в предвкушении нового дня. Ему было лишь одиннадцать и еще много времени оставалось до того, как заботы и проблемы заставят его постареть и погрустнеть. А пока... Недавно кончились каникулы, да и
сегодня в школу было не надо. Сережка выбежал на кухню, где, как ни странно, была мама, пришедшая с ночного дежурства. Непривычно, потому, что обычно она приходила с работы позже, когда Сережки уже не было дома. Мальчик обхватил мать за пояс, прижавшись к ней.

- Привет, мам.
- Сереж, садись завтракать.

Мать не была излишне нежной с ним. Она воспитывала сына одна и старалась относиться к нему строго, без "соплей и сюсюканий", по-отцовски, хотя иногда ей очень хотелось прижать его к себе и расцеловать.

- Иду.

Сережа сел за стол и стал лениво размешивать молочную рисовую кашу, которую терпеть не мог, сколько себя помнил.

- Мам, а мне сегод... » » » Читать дальше » » » »

Как-то в одно селение пришёл и остался жить старый мудрый человек. Он любил детей и проводил с ними много времени. Ещё он любил делать им подарки, но дарил только хрупкие вещи. Как ни старались дети быть аккуратными, их новые игрушки часто ломались. Дети расстраивались и горько плакали. Проходило какое-то время, мудрец снова дарил им игрушки, но ещё более хрупкие.

Однажды родители не выдержали и пришли к нему:

— Ты мудр и желаешь нашим детям только добра. Но зачем ты делаешь им такие подарки? Они стараются, как могут, но игрушки всё равно ломаются, и дети плачут. А ведь игрушки так прекрасны, что не играть с ними невозможно.

— Пройдёт совсем немного лет, — улыбнулся старец, — и кто-то подарит им своё сердце. Может быть, это научит их обращаться с этим бесценным даром хоть немного аккуратней?

Это было, а может, и не было, год назад. На улицах безликой столицы шел непрерывный дождь. Сквозь темные необъятные тучи пробился маленький лучик, а по нему спустилась девушка с серебристыми волосами, со светло-серыми глазами и с большими белыми крыльями за спиной. Она села на край крыши одного небоскреба, свесив свои босые ноги вниз, наблюдая, как из колодца вылезает черноволосый парень с небольшими рожками на голове. Он посмотрел наверх и сразу же оказался на той же крыши с ней. Посмотрев в его черные глаза, девушка рассмеялась и расправила крылья…
– Чего смеешься? – спросил паренек.
– Над тобой… Черт, а так высоко забрался.… Не уж то на мир посмотреть?
– Нет, на ангела поглядеть… – в его словах была ухмылка – Интересно, вы там по номерам или есть имена?
– На небесах каждому дано свое имя…
– А какое же дано тебе?
– Диана* я, назвали в честь богини.
– А я вот тринадцатый, тринадцатого умер, видимо, не повезло. А при жизни Данилой просто... » » » Читать дальше » » » »

Мама купила мне велосипед. Я прыгал вокруг нее как ребенок. Да я и был ребенком шести лет. Немного оседлав свой восторг я отошел в сторону:
-Спасибо мама, как-то застенчиво сказал я.
Да, я никогда не был ласковым ребенком. Чтобы там обнять и поцеловать, прижавшись к ней. Никогда.
-И в кого ты такой неласковый, улыбаясь говорила мама.
-Ну мам,- я же ласков с девочками, меня даже Ленка вчера поцеловала.
-Эх ты,- обхватив мою шею и теребя мои волосы - ответила она.
Вырвавшись из ее объятий, сверкая пятками я бросился поделиться этой поистине радостной новостью с пацанами.

Как неумолимо бежит время. Казалось, еще вчера играли с ребятами в прятки, были разбойниками и казаками. Бродили, бегали беззаботными глазами погороду. Рассматривали прелести девочек в подъездах.

-У меня шоколадка есть. Вот так вот.
-Сереженька, а ты мне дашь половинку,- верещала Светка.
-А ты мне покажешь свою пипиську,- отвечал с полной серьезностью этого вопроса я.
-Ух ты!!!... » » » Читать дальше » » » »

Мои родители развелись, когда мне было шесть лет. Мне было трудно понять отчего, когда я захожу в комнату, они внезапно прекращают разговор - мама начинает смотреть в окно, а папа поджимает губы, как человек, который отчаялся объяснить словами какую-то очень простую вещь. Мы даже гуляли не так, как раньше, втроем, взявшись за руки. Теперь я принадлежал кому-то одному - либо я шел впереди с мамой, а отец молча курил, следуя в десятке шагов за нами, либо, если он при выходе на улицу успевал к моей руке первым, мама шла немного в стороне, вороша узким носком сапога кучки приготовленных дворниками к сожжению желтых листьев.

Был октябрь. Затем в один из дней папа ушел. Просто так. Забиравшая меня из садика мама выглядела немного взбудораженной - застегивая на мне курточку, она, не давая мне сказать ни слова, торопливо поведала новости - папа уехал, мы больше не будем жить все вместе, но ты не расстраивайся, теперь уже все будет лучше. Торопясь к автобусу (мама тянула меня за руку так, ч... » » » Читать дальше » » » »

Видел как-то в автобусе такой случай. Зашли на остановке девушка молодая, мальчик трех лет и женщина под полтинник: мама, сын и бабушка. Не перепутаешь.
Сели недалеко от меня: девушка с ребенком на коленях у окна, бабуля у прохода. Мальчик в окно смотрит, пальцем по стеклу водит. Женщина приняла независимый вид, молодая мама отсутствующий и немного уставший.
- Ма, смотри, как у папы машина! Пауза и недовольное ерзанье бабушки. Пацан еще так прикольно говорил, совсем по-детски, шепелявил и трещал.
Но я не смогу так передать, тем более написать. Наверное, все и так
знают, как говорят дети.
- Ма, а это папина машина?
- Нет, это другого дяди машина.
- А почему в ней тетя?
Бабушка фыркает. Мама просто улыбается.
- Значит, это тетина машина.
- А где папина машина?
Бабушка кряхтит что-то вроде "охо-хо". Представьте, что завтра у всех выходной, а вам сказали обязательно быть на работе. Представьте и скажите "охо-хо". ... » » » Читать дальше » » » »

Звезды светили слишком ярко. Я могла бы подумать, что нахожусь за городом, но представить такое мешали многочисленные антенны на крыше и доносившийся снизу шум иногда проезжающих машин.
Кресло-качалка тихонько поскрипывало, слабые порывы ветра изредка шевелили бахрому пледа, укрывающего ноги.
- Мне бы еще чепец, очки и вязание, буду вылитая бабушка Красной Шапочки, - пробормотала я, набивая трубку датским ароматизированным табаком.
Огонек от спички осветил ладонь.
- О! Мозоль? Откуда бы, - задумалась я, раскуривая трубку.
Послышался сладкий запах ванили. Все-таки надо было забить французский Mixture. Он крепче, как раз то, что мне надо в данный момент. Ладно, чего уж теперь. Вечно тороплюсь. Карманный репетир мелодично отбил прошедшие четверть часа. В запасе оставалось еще пятнадцать минут. Можно и вздремнуть, но не хочется. Я запрокинула голову и снова стала смотреть на звезды.

Справа послышалась возня, хлопнула чердачная дверь и мелькнула тень.
- Вот ведь ... » » » Читать дальше » » » »